Павел Солодовников: «Бах – это рок-н-ролл»

Молодой композитор о современной классике, отношении к Ольге Бузовой и не только

19.08.2018 в 19:04, просмотров: 664

Классическая музыка в пору своего расцвета расценивалась современниками так же, как сегодня молодые люди расценивают модные музыкальные течения. В наши дни переборы пальцев по клавишам фортепиано и ловкие движения смычков заключены в стены академических классов консерваторий, и «в мир» выходят такие композиции достаточно редко. А что, если мы скажем, что это лишь распространенное заблуждение? На самом деле это не так, и молодежь не только с удовольствием слушает проверенные веками мелодии, но и пытается достичь тех же вершин, что и творцы XVIII–XIX столетий. Сегодня музыкальный обозреватель «МК в Волгограде» пообщался с Павлом Солодовниковым, композитором из города Волжского.

Павел Солодовников: «Бах – это рок-н-ролл»
© Фото: ИД «Волгоградская правда» / Иван Козлов

«Мне плохо без музыки»

– Как ты понял, что музыка станет неотъемлемой частью твоей жизни?

– В школьные годы я вообще не особо разбирался в музыке. Слушал то, что по радио играло. Все изменилось, когда я услышал на уроке музыки игру одноклассницы на фортепиано. Тогда я и понял, что хочу так же. Поступил в музыкальную школу, и понеслась.

– Почему именно классика? Не показалось ли, что для подростка это не слишком модно?

– Нет, даже не подумал об этом. Я не особо обращал внимания на мнение окружающих. Уже не припомню, с чего все началось, но сейчас, если долго не слушаю классическую музыку, мне буквально становится тоскливо.

– Что было после музыкальной школы?

– Ну, будучи подростком, я осознал, что хочу серьезно связать жизнь с музыкой. Пошел в консерваторию, правда, теперь с ней не совсем срастается.

– Что произошло?

– Я «споткнулся» на третьем курсе. Сначала предпочел теории практику, отправившись покорять Северную столицу в составе музыкального коллектива, но пришлось вернуться в Волжский по семейным обстоятельствам. А потом год в армии. Теперь, отслужив, подал документы на восстановление.

– За время службы навыки игры на музыкальном инструменте теряются?

– Когда только приехал домой и открыл крышку пианино, мне показалось, что я совершенно все забыл. Пришлось разрабатывать все навыки вновь, обучая самого себя во второй раз.

– Ты говорил о музыкальном коллективе и покорении Петербурга. О чем шла речь?

– Ну если быть до конца откровенным, то я не всегда имел пристрастие к одной лишь классике. Одно время играл рок в составе группы «Семь Восьмых». Собственно, с ребятами мы и ездили по городам, в том числе и в Питер.

– Что стало с той группой теперь?

– Это был достаточно разношерстный коллектив. Элементы академической музыки в моем исполнении, приемы бас-гитариста, граничащие с джазом и хардкором одновременно, тексты, больше походившие на стихи, нежели на песни. Может быть, это разнообразие и сыграло с нами злую шутку. Мы просто постепенно начали заниматься каждый своим делом. Группа дала мне понимание, что я могу писать свою музыку, за что я ей очень благодарен.

– Чем сейчас занимаешься? Легко быть композитором «новой классики» в наше время?

– С одной стороны, это, конечно, музыка не для широкого слушателя. С другой же – благодаря интернету находятся и единомышленники. Сейчас все сильнее развивается неоклассицизм в новом его понимании. Нашему поколению приелись многочисленные коллективы одних и тех же жанров. Людям хочется музыкальности в прямом ее понимании. И инструменталы, построенные на классических правилах, – то, что нужно.

© Фото: ИД «Волгоградская правда» / Сергей Каширский

Музыка денег

– Музыка сегодня – прибыльное дело?

– Смотря для кого. Музыкантам-самоучкам труднее, они умеют в основном играть только свой, авторский материал. А даже со средним музыкальным образованием уже можно воспринимать это как профессию. Можно преподавать, подыгрывать хору или даже давать сольные выступления. Правда, в основном это исполнение чужих композиций.

– Некоторые местные исполнители жалуются на отсутствие поддержки и площадок в Волгограде. Как в этом плане дела обстоят у направления, в котором ты работаешь?

– У нас активно развиты оркестровые выступления, но в устоявшиеся коллективы сложно пробиться. Не понимаю, почему люди в наше время жалуются на такие вещи, как нехватка поддержки. Интернет в помощь. Там найдется место для каждого.

– Неужели предел мечтаний – педагогика и кавер-работа?

– Тут на самом деле все зависит от того, насколько ты сам хочешь чего-то достичь. Если задуматься, то практически все саундтреки к современным блокбастерам пишут композиторы-одиночки. Это как вариант. А так можно податься куда угодно. На что фантазии и труда хватает. Можно поставить целью мировое турне и идти к ней.

Фото из архива героя публикации

О вкусах спорят

– Слушая и исполняя ту самую «новую классику», не отстаешь от современных течений?

– Я думаю, что нет, напротив, я лишь дополняю этим свою музыкальную палитру. По сути, вся музыка основывается на одних фундаментальных моментах, обыгранных в классике. Сейчас это просто обыгрывается по-новому или намеренно искажается. Как западная литература, берущая все начала в сюжетах Библии.

– Кого из современных исполнителей слушаешь? Назови троих любимых.

– Нравится московская команда OQJAV, джазмен Боб Акри и… как ни странно, «Ленинград» приходит на ум.

– А что из той самой классики?

– Чайковский с его очень образными вещами, Бах, потому что это просто рок-н-ролл своего времени. И Гайдн. Он умел придавать музыке легкость. От нее веет добром.

– Что или кто никогда не попадет в твой плеер?

– Всевозможный «тяжеляк» не признаю, экстрим-вокал и Бузову.

– Что можем ждать от тебя? Какие планы на будущее?

– То же, что и делал. Просто музыку, которая мне приходит на ум. А вообще, в планах встретиться с бывшим вокалистом нашей старой команды. Хотели бы сделать совместную пластинку с клавишной музыкой и стихами. Но это пока только в планах.