Такое название праздник получил потому, что к этому дню в лесах массово созревала душистая земляника. Утром верующие традиционно посещали храмы и церкви, где просили святого Давида Солунского об исцелении недугов, внутренней гармонии и поддержке в сложных житейских ситуациях.
После богослужения крестьяне возвращались к привычным летним заботам, среди которых главным был сбор земляники. Самую первую замеченную ягодку старались тут же отправить в рот, мысленно произнося сокровенное желание. Согласно народным поверьям, она прибавляла здоровья, даровала защиту от болезней и могла исполнить загаданное.
Ценили землянику далеко не только за сладкий и приятный вкус. В деревенском быту она слыла ценнейшим подспорьем для здоровья, особенно в студеную пору, когда люди страдали от нехватки витаминов, поэтому ягоду сушили впрок и варили варенье. Земляничные листья также запасали, чтобы зимой заваривать ароматный согревающий чай.
Связаны с ягодой были и романтические приметы. Если во время сбора удавалось найти две сросшиеся воедино землянички, их непременно делили со второй половинкой. По примете, такой ритуал делал союз неразлучным и очень крепким.
На Руси в день Давида Земляничника существовал ряд правил и запретов, которых селяне обязательно придерживались. Самое строгое из них касалось денег: категорически не рекомендовалось выступать в роли просителя и одалживать средства. Считалось, что возврат долга затянется, а взаимопонимание с тем, кто выручил деньгами, будет безвозвратно испорчено. Если же избежать этого было нельзя, в карман клали земляничный листок. Этот маленький талисман должен был вызвать расположение собеседника и уберечь от отказа и дурных последствий.
Кроме того, опасались в этот день примерять чужие украшения, считалось, что вместе с предметом можно было перенять на себя горести, дурной глаз и семейные ссоры владельца. По этой же причине избегали надевать чужое венчальное кольцо, так как существовала угроза разрушить собственную личную жизнь.
Запрещалось повышать голос на домашний скот и пернатых, ведь проявленная жестокость сулила урон в приусадебном хозяйстве. Наконец, не стоило пускаться в путь с недобрыми думами, иначе поездка обещала быть наполненной трудностями и досадными происшествиями.
